Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Мнение
Логин Пароль

Другой Вернадский

20 августа — день рождения историка-евразиста, преподавателя Таврического университета и одного из основателей школы американо-канадской русистики Георгия Вернадского

Фамилия Вернадский, в той или иной степени, известна подавляющему большинству крымчан. Еще бы, она значится в названии ведущего вуза республики. Вот только университет назвали не в память о Георгии Вернадском, а в честь его отца, Владимира Ивановича. Путать этих выдающихся людей нежелательно, хотя подобную ошибку совершал даже их современник, барон Врангель.

Умные гены

В семье Владимира Ивановича и Нины Егоровны Вернадских было двое детей: сын Георгий, или Гуля, как ласково звала его мать, 1887 года рождения, и дочь Нина, появившаяся на свет одиннадцатью годами позднее. Вернадский-старший много и пространно размышлял на тему воспитания детей, философствовал о том, что есть осознанный выбор родителей в определении истинного пути для отпрысков и есть ли у самих отпрысков право выбора или же давление родительского авторитета лишает их такового, делая несчастными по умолчанию. В 1899 году, в частности, он написал следующее: «Есть всегда стремление отцов и матерей к своим детям — сторона насилия, желание наложить на детей ту схему житейских отношений и условных форм, к которой они сами пришли путем жизненного опыта... Я помню по себе, как это было несоразмерно тяжело».

Но, если отбросить высокие материи, всё в их семье было не так уж и плохо. Образ жизни родителей, их стремление к интеллектуальному совершенству и духовному просветлению стали для Георгия и Нины указующими перстами в океане жизненных страстей. Став взрослой, Нина Владимировна вспоминала о родителях с удивительной теплотой: «Я поражаюсь, сколько они вложили мысли и внимания в наше воспитание, сколько любви и понимания».

От отца и матери Георгий и Нина усвоили еще одну примечательную истину: нельзя поощрять потребителя в себе, следует довольствоваться малым во всем, кроме интеллектуальных нужд и, само собой, ни в коем случае нельзя экономить на образовании.

Путевка в жизнь

В 1905 году Георгий Вернадский с золотой медалью окончил классическую гимназию и поступил на историко-филологический факультет Московского университета. Тогда же он совершил свой первый осознанный выбор — стал членом партии кадетов. Это дает понять, каким он видел будущее.

Однако как историк Георгий был просто обязан заглядывать в прошлое. И он заглянул, обратив свой взор на изучение русского масонства. Хотя свои связи с масонами Вернадский и отрицал, мол, вполне такой научный интерес: «Я не масон и никогда масоном не был, но меня заинтересовали широкие международные связи русского масонства и возможность исследования его на фоне истории европейской умственной жизни».

Казус видится в том, что собственное видение будущего никоим образом не помогло Вернадскому устроить свою жизнь, зато прошлое он выбрал весьма прагматично. Юношеские изыскания много лет спустя, в период кровавой Гражданской войны в России, направили его от крымских берегов по морям, по волнам в Европу, а потом и дальше, через Атлантику, в Штаты.

Последний приют

Судьба семьи Вернадских круто изменилась после Октября 1917 года. Отец был одним из организаторов партии кадетов и членом Временного правительства, сын — не менее политически «неправильным». В итоге Владимир Иванович, Нина Егоровна и Георгий Владимирович с супругой оказались в Крыму. Некоторое время (с осени 1918 года) Георгий Владимирович преподавал в Таврическом (Симферопольском) университете. В Симферополе он не просто работал в должности профессора, но и стал членом-учредителем и председателем Общества философии, истории и социологии при Таврическом университете, заместителем председателя Религиозно-философского общества. В ноябре 1918-го его избрали членом Таврической ученой архивной комиссии, в марте 1919-го — заведующим ее архивом. А еще он стал научным сотрудником учрежденного в мае 1919 г. Таврического архива. Но и это, как оказалось, не предел.

В сентябре 1920 г. Георгий Вернадский по рекомендации главы внешнеполитического ведомства и к тому же давнего знакомого его отца П. Б. Струве возглавил ведомство печати в правительстве барона Врангеля. Ему поручили остановить опасную большевистскую литературу. Многие порицали Георгия Владимировича за проявление столь явной заангажированности, мол, не по Сеньке шапка, негоже ученому принимать участие в пропагандистско-цензурных играх. Вернадский оправдывался, говорил, что Врангель, он — хороший и весьма интеллигентный, значит, и я неплохой. Дословно это выглядело так: «Петр Николаевич Врангель произвел на меня впечатление человека выдающегося — каким он и был. Он происходил из военной семьи, по образованию был горный инженер, что сближало его с людьми науки и техники». Правда хорошо о Врангеле Георгий Вернадский думал не всегда. Вернее, впоследствии разочаровался в бароне.

Разочарование в прошлом

Все произошло из-за странной путаницы, простительной простому обывателю, но весьма постыдной для просвещенного правителя, каким провозгласил себя Врангель.

Об этой неразберихе в своей статье «Вернадские и Врангель» рассказал Т. М. Емец.

20 сентября 1920 года в поезде по дороге из Симферополя в Севастополь Врангель решил встретиться с назначенным им в правительство Георгием Вернадским, но по ошибке встретился с его отцом, Владимиром Вернадским. Причем о том, что разговаривает не с тем человеком, Врангель догадался отнюдь не сразу. В своих воспоминаниях барон писал: «Я с удивлением увидел дряхлого старца, типичную фигуру, точно сошедшую с картины Маковского, в пальто-разлетайке табачного цвета, с длинными седыми волосами, в очках на сморщенном лице. Я пригласил профессора сесть рядом со мной и завел разговор об общественной жизни в Симферополе; в конце октября предполагалось собрать в Симферополе съезд городов, долженствующий рассмотреть целый ряд вопросов городского самоуправления. „Я, Ваше превосходительство, не в курсе этого дела. Я от жизни далек, занимаюсь исключительно научными вопросами“, — отвечал профессор. [...] Я с трудом поддерживал разговор...»

Много лет спустя Георгий Вернадский прочел эти воспоминания Врангеля. И был глубоко оскорблен. Тон показался ему уничижительным и неделикатным. В своем письме С. Бакуниной от 12 марта 1962 г. он написал: «Уже будучи в Америке я прочел „Воспоминания“ Врангеля (в журнале „Белое дело“), и он там описывает приезд моего отца с оттенком насмешки („профессор в крылатке точно с картины Маковского“). Мне было неприятно это прочесть...»

Послекрымье

В конце октября 1920 года Георгий Вернадский вместе с Русской армией Врангеля эвакуировался в Константинополь. Затем переехал в Афины, много работал с греческими архивами. В 1922 году получил должность профессора в Карловом университете в Праге, где и познакомился с евразийскими идеями. В 1927 году он переселился в США. Там он преподавал русскую историю в Йельском университете вплоть до своего выхода на пенсию в 1956 году.

Елена БОНДАРЮК
Фото Архив «КТ»
Материал опубликован в газете «Крымский ТелеграфЪ» № 493 от 24 августа 2018 года

Еще статьи:
Просмотров: 889 |   Комментарии (0) Дата публикации: 30-08-2018

:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей

Календарь
«    Сентябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив
Сентябрь 2019 (53)
Август 2019 (88)
Июль 2019 (89)
Июнь 2019 (84)
Май 2019 (68)
Апрель 2019 (87)