Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Мнение
Логин Пароль

Курс выживания от Сергеева-Ценского

Как известный писатель провел в Алуште самое трудное для страны и полуострова время — время перемен

Уроженец Тамбовской области, присоединивший к фамилии название родной реки, Сергей Сергеев-Ценский печатался в Российской империи и стал лауреатом Сталинской премии в СССР. Он был неудобен и для красных, и для белых, его дважды пытались убить анархисты. Но он пережил революции, голод, гражданские и мировые войны, дотянул до 83 лет и не покинул Крым даже после смерти.

Ненаписанный бестселлер

Его называли продолжателем традиций Достоевского и Толстого. Немецкий славист, литературовед Вольфганг Казак отмечал метафоричность его стиля, яркую образность и убедительность в изображении характеров героев и описании батальных сцен. К наиболее значимым произведениям Сергеева-Ценского относят исторический роман-эпопею «Севастопольская страда», посвященный первой обороне Севастополя 1854-1855 годов. А самым эпохальным трудом называют «Преображение России», которое писатель создавал на протяжении целых 40 лет.

Сегодня имя Сергея Сергеева-Ценского несколько подзабыто. А ведь он мог бы обеспечить себе славу у тех, кому довелось пережить 1990-е, испытать дефолт и экономические кризисы, нервничать из-за нестабильности национальной валюты и западных санкций, напиши он эдакий сборник лайфхаков для тех, кто без проблем хочет пережить трудные времена, своеобразный сборник практических советов, опробованных на собственной шкуре.

С. Сергеев-Ценский на прогулке. Дача писателя в Алуште.

Показательные выступления

«Я должен сказать, что пережить годы 18-й, 19-й, 20-й, 21-й в таком маленьком пограничном городишке, как Алушта, с ее пестрым населением... было не то что тяжело, а почти ежедневно опасно для жизни...» — напишет Сергей Николаевич в своей биографии. Многие бежали, другие умирали, третьих ломало так, что впоследствии было уже не до воспоминаний. Но он сумел. Как?

Во-первых, Сергей Николаевич научился абстрагироваться. Вывод о том, что это умение весьма полезно, он сделал еще в армии, вернее, когда его из этой самой армии уволили со скандалом. А дело было так...

Сергеева-Ценского, мирно работавшего учителем в Павлограде, призвали на службу в армии в начале 1904 года. Поначалу он служил в Херсоне, затем в Одессе и, наконец, в Симферополе. Языка за зубами он держать пока что не умел — в Херсоне накричал на своего ротного командира за то, что тот бил солдат, в Одессе разъяснял солдатам правду о Кровавом воскресенье. Его наказывали переводами в другие полки и части. Но в Симферополе в октябре 1905 года Сергеев-Ценский стал невольным свидетелем еврейского погрома, во время которого были убиты несколько десятков человек. Сегодняшние историки пишут, что «к его организации была причастна полиция, недовольная частыми выступлениями социалистических партий, для его подавления были приняты незначительные усилия, связанные с бездействием администрации города и исполнительной власти губернии». Эти самые «незначительные усилия», которые Сергеев-Ценский расценил как «преступное бездействие», и побудили молодого прапорщика обратиться с заявлением в комиссию юристов. Заявление опубликовали местные газеты, что имело эффект разорвавшейся бомбы. На правдоруба ополчились власти, сослуживцы и черносотенцы, которых могли привлечь к ответственности. Сергеев-Ценский отделался дешево, — его просто уволили из армии по причине политической неблагонадежности. Спустя пять лет на территории его дачи близ Алушты появились три надзирателя. Сергею Николаевичу объявили, что в Ливадию приехал царь и он, личность подозрительная, находится под надзором. Сергеев-Ценский образца 1905 года от такой наглости, возможно, порядком занервничал бы, опять перегнул палку и отправился бы куда подальше. Но он успел стать другим. «Я смотрел на них как на строительный материал для своей эпопеи и обдумывал в это время этюд для нее — рассказ „Пристав Дерябин“, который и был написан мною в этом же 1910 г., осенью, по приезде в Петербург», — вспоминал Сергей Николаевич.

Обет молчания

В Симферополе Сергеев-Ценский усвоил еще парочку весьма полезных для выживания в сложных политических условиях уроков. Как-то: не высказываться категорично и публично со своей оценкой событий и личностей, особенно в местных газетах, и писать воспоминания только тогда, когда время и другие люди расставят все точки над «i». Так, во время частой смены власти в Крыму в тех самых, перечисленных им в воспоминаниях годах Сергеев-Ценский собственно вовсе отказался от литературной деятельности и от сотрудничества с прессой. Он тихо-мирно выращивал на своей даче коров и свиней, что, учитывая голодные времена, было решением более чем практичным. Ставшая женой Сергеева-Ценского учительница Христина Бунина оставила проникновенный рассказ о тех временах: «В облике и образе жизни Сергея Николаевича той поры не было ничего „писательского“. Он был очень худ, у него были руки много трудившегося физически человека, одежда его позволяла в любой момент отправиться пасти коров. Сергей Николаевич, помнится, с гордостью говорил о том, что сам умеет доить коров. Зимней одежды у него почти не было, впрочем как и у нас с Марусей (падчерица Сергея Николаевича, умершая летом 1922 года от холеры и ставшая прототипом маленькой героини повести „В грозу“. — Ред.). А наступившая зима была суровой, многоснежной. Это было тяжелейшее время последнего периода хозяйничанья белых в Крыму. Трудно сказать, как мы пережили бы его, если бы не поддержка Сергея Николаевича. Тревожная обстановка и взаимная помощь сблизили нас».

Кроме преданной жены за свой своевременный обет молчания Сергей Николаевич был вознагражден и статусно — от устоявшейся советской власти в 1922 году он получил Охранную грамоту Совнаркома Крыма. А еще раньше, в 1921-м, его имя появилось в «Списке лиц, находящихся под особым покровительством РСФСР в виду их выдающихся литературных и художественных заслуг».

Материал для творчества

Крым не просто сформировал Сергеева-Ценского как личность, но и дал мощный толчок его творчеству (чего стоят хотя бы «Крымские рассказы»). В Крыму он познакомился с Максимом Горьким, давшим коллеге еще один прекрасный совет: «Следует, имейте в виду, Сергей Николаевич, весьма следует почаще смотреть, что делается нового!» Рецепт не выживания, а освоения реальности. Сергеев-Ценский усвоил и этот урок. Правда не сразу. Из цитаты в «Малой Советской энциклопедии» 1930 года становится ясно, что на писателя мог опуститься дамоклов меч: «Неприятие пролетарской диктатуры искажает перспективу и парализует у писателя здоровое восприятие современности. С.-Ц. даёт картины разрушения и гибели культуры. Временами С.-Ц. говорит совершенно контрреволюционным языком, скрытно, но злобно». Но он таки сумел, попал в струю, превратился в рупор новой идеологии. В 1931-34 гг. по собственной инициативе в качестве корреспондента «Известий» он побывал на заводах и в совхозах Крыма, собирая материал для продолжения эпопеи о преображении России. За особые заслуги получил квартиру в Москве, но от дачи в Алуште не отказался. Его дух и сейчас витает там, в Алуштинском литературно-мемориальном музее на улице его имени, в доме 5. Могила писателя и его супруги тут же неподалеку.

Елена БОНДАРЮК
Фото krymology.info, Архив «КТ»
Материал опубликован в газете «Крымский ТелеграфЪ» № 501 от 19 октября 2018 года

Еще статьи:
Просмотров: 772 |   Комментарии (0) Дата публикации: 25-10-2018

:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей

Календарь
«    Август 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив
Август 2019 (51)
Июль 2019 (89)
Июнь 2019 (84)
Май 2019 (68)
Апрель 2019 (87)
Март 2019 (92)