Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Мнение
Логин Пароль

Несколько оттенков зеленого

Музей Грина в Феодосии

Как злой рок преследовал последнего романтика от литературы Александра Грина

Он был матросом, рыбаком, чернорабочим, трудился в железнодорожных мастерских, устроился лесорубом, потом золотоискателем на Урале, позже шахтером на железном руднике, затем — театральным переписчиком. По словам А. Н. Варламова, «в течение нескольких лет он пытался войти в жизнь, как в штормовое море; и каждый раз его, избитого о камни, выбрасывало на берег».

Мятежный дух

Начальное образование будущий отец неоромантизма Грин, а вернее Александр Гриневский, получил дома. Затем его отдали учиться в Александровское реальное училище, откуда впоследствии благополучно исключили за стихотворную сатиру на преподавателя, после чего поступил в Вятское городское училище, которое окончил в 1896 году. Александр симпатизировал эсерам. Эсеры, в свою очередь, симпатизировали ему. Его даже сравнивали с классическим бунтарем и страдальцем Оводом из одноименного романа Этель Лилиан Войнич. А член ЦК партии эсеров Н. Я. Быховский вспоминал: «Долговязый» (партийная кличка Грина. — Ред.) оказался неоценимым подпольным работником. Будучи сам когда-то матросом и совершив однажды дальнее плавание, он великолепно умел подходить к матросам. Он превосходно знал быт и психологию матросской массы и умел говорить с ней ее языком. В работе среди матросов Черноморской эскадры он использовал все это с большим успехом и сразу же приобрел здесь значительную популярность. Для матросов он был ведь совсем свой человек, а это исключительно важно. В этом отношении конкурировать с ним никто из нас не мог«. Грин, кстати, рассказывал позже, что именно Быховский как-то ему сказал: «Из тебя вышел бы писатель». За это Грин прозвал его «мой крестный отец в литературе».

Интерьер комнаты Грина в Старом Крыму

Тюрьма и сума

Кстати, о Черноморской эскадре, где, по мнению Быховского, так хорошо поработал «Долговязый»...

В Севастополь Александр Гриневский прибыл из Одессы. Эсеры снабдили его явочным паролем и фальшивым паспортом. «Мне казалось, что весь город знает о моем фальшивом паспорте», — констатировал Гриневский, уже став Грином, в «Автобиографической повести». И в качестве первой замеченной им городской достопримечательности упомянул тюрьму. Не зря, как покажут дальнейшие события. Его арестовали 11 ноября 1903 года. Так Гриневскому представилась возможность во всех подробностях оценить здание, с которого для него начался Севастополь. Первое впечатление от первой поездки в Крым.

«Корпус севастопольской тюрьмы состоит из четырех этажей и четырех коридоров-галерей с панелями по обе стороны; сверху донизу сквозь все этажи видны мостики, соединяющие панели, и винтовые железные лесенки, соединяющие этажи. В каждом коридоре-галерее дежурит суточно надзиратель», — вспоминал Александр Степанович. И заверял, что из него не могли добыть ничего, хотя «усердно грозили каторгой и даже виселицей». Послушать его, так это исключительно из-за него из Петербурга в Севастополь приехала военно-судебная комиссия с целью объявить город на военном положении, как минимум на месяц. Мол, все эти телодвижения делались для того, чтобы военно-полевой суд быстренько повесил его, Гриневского, и больше ни для чего.

На самом деле суд состоялся только летом 1905-го. Его осудили к бессрочной ссылке на поселение в отделенные районы Сибири. А потом... решили судить еще раз — гражданское следствие объединило дело Гриневского с общим процессом над эсерами со всего Крыма. Благодаря этому Александру Степановичу случилось впервые побывать в Феодосии.

Его освободило 17 октября 1905 года, когда свет увидел Высочайший Манифест об усовершенствовании гражданского порядка. Манифест провозглашал и предоставлял политические права и свободы, такие как: свобода совести, свобода слова, свобода собраний, свобода союзов и неприкосновенность личности. Впереди у Гриневского были почти нищенское существование и дальнейшие поиски себя.

Долг платежом красен

В начале 1920-х годов Гриневский, к тому времени уже окончательно ставший Грином, решился наконец приступить к своему первому роману, который назвал «Блистающий мир». Главный герой этого сложного символистского произведения — летающий сверхчеловек Друд, убеждающий людей выбрать вместо ценностей «мира сего» высшие ценности Блистающего мира. В 1924 году роман должен был увидеть свет в Ленинграде. Но, видимо, издатели заранее прониклись идеей романа, и Грин, решившийся в то время по настоянию жены переехать в Крым насовсем, испытал весьма ощутимые денежные затруднения.

Так, редактор журнала «Россия» И. Лежнев писал Грину в Крым 17 июля 1924 года: «Вашу телеграмму получил. Немедленно пошел в „Землю и фабрику“. Там мне разъяснили, что денег Вам с них никаких не причитается. „Алые паруса“ и „Серый автомобиль“ издательством отклонены. Выходит в издании „Земли и фабрики“ „Блистающий мир“, и Вам будут высланы 25 авторских экземпляров... Говорил с Бочаровым. Он нажал на заведующего финансовой частью некоего Кузменко. Говорил я и с Кузменко. Он жаловался на плохие дела, но после настояния моего и Бочарова деньги Вам обещал выслать. „У меня, — говорит, — уже значится в списке неотложных платежей. Сколько сумею, на днях вышлю“. Вот Вам все результаты моих хлопот. Как видите, жидко».

Осенью 1924 года Грин с супругой Ниной все-таки купили жилье в Крыму в Феодосии, на ул. Галерейной, 8 (в настоящее время там расположен Литературно-мемориальный музей А. С. Грина. — Ред.). Для этого им пришлось продать квартиру в Ленинграде. Нина боялась, что иным способом спасти творческого мужа от пьяных питерских кутежей не удастся. Издатели, кстати, благотворное влияние Крыма тоже отмечали, правда, делали это «из эксплуататорских побуждений». Мол, и климат на полуострове благодатен, и вино настолько дешево, что семейного бюджета не подрывает (значит, супруга уже должна быть счастлива), а бодрое настроение, выказываемое писателем в письмах, должно свидетельствовать, что он готов трудиться «во имя будущих перспектив» (то бишь, не особо зацикливаясь на своевременности оплаты своих литературных трудов).

Смерть лучше слепоты

В 1927 году частный издатель Л. В. Вольфсон начал издавать 15-томное собрание сочинений Грина. Однако вышли только 8 томов, после чего Вольфсона арестовало ГПУ. Попытки Грина настоять на выполнении контракта с издательством приводили только к огромным судебным издержкам и, как следствие, разорению. У Грина снова стали повторяться запои. В конце концов семье Грина все же удалось выиграть судебный процесс, но с квартирой в Феодосии пришлось расстаться. И переехать туда, где жизнь была подешевле, в Старый Крым.

Нина Николаевна Грин вспоминала: «В 1930 году, глубокой осенью, мы переезжали в Старый Крым. Александр Степанович пошел пешком с подводами, нагруженными нашим хозяйством. И Кук с ним...» Кук — это собака, которую Александр Степанович еще щенком подобрал в книжной лавке, назвал в честь известного путешественника и очень любил. А потом, в 1931-м, Грин слег, а пес ослеп. И тогда Александр Степанович сделал для любимца то, что не мог сделать для себя — решительно прекратил его мучения...

Ефимия СКИДЕЛЬСКАЯ
Фото feomag.ru, feo.travel
Материал опубликован в газете «Крымский ТелеграфЪ» № 526 от 26 апреля 2019 года

Еще статьи:
Просмотров: 763 |   Комментарии (0) Дата публикации: 1-05-2019

:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей

Календарь
«    Июль 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив
Июль 2019 (51)
Июнь 2019 (84)
Май 2019 (68)
Апрель 2019 (87)
Март 2019 (92)
Февраль 2019 (79)