Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Мнение
Логин Пароль

Судьба особого назначения

В декабре родилась участница симферопольского подполья, в честь которой названа одна из столичных улиц

Тело Зои Матвеевны Рухадзе нашли в одном из четырёх колодцев на месте массовых расстрелов в концлагере на территории совхоза «Красный» вместе с телами актрисы А. Ф. Перегонец, художника Н. А. Барышева, подпольщика В. К. Ефремова и многих других. Согласно достоверным источникам, в гестаповском застенке Зою бесчеловечно пытали и сбросили в колодец ещё живой

Известное неизвестное

Каким-то вопиюще-немыслимым образом получилось, что дат рождения у Зои Рухадзе сразу несколько. Большинство источников в качестве даты рождения героини не таких уж и далёких событий указывают 1 декабря, эта же дата высечена на надгробии. Но кое-где встречается 10 марта. Хотя, возможно, это просто ошибка, просто кто-то перепутал с днём, когда девушку схватило гестапо, перепутал и не перепроверил. Такое, увы, бывает.

С годом рождения Зои ещё сложнее. И тут уже не ошибки и не путаница. Тут уверенность и аргументы.

Имеет смысл начать с конца. То есть с уже упомянутого могильного камня. Там белым по чёрному высечено: «1916». То есть, в 1944-м, когда Зоя погибла, ей могло бы исполниться 28 лет. Молодая, но не юная женщина. И довоенная биография в справочных изданиях соответствующая: «Родилась в 1916 году. Из бедной обрусевшей и осевшей в Крыму грузинской семьи. Рано осталась без отца. Училась в симферопольской 9-й гимназии, затем закончила планово-экономический техникум, работала в Симферопольском горисполкоме плановиком-экономистом». Коротко и ясно. Но копаешь дальше и неожиданно натыкаешься на «1923 год». А потом и на достаточно растиражированную легенду о «повторившей подвиг своей тезки Зои Космодемьянской симферопольской школьнице-комсомолке 1926 года рождения, учащейся 14-й школы, которая впоследствии была названа в её честь».

На самом деле, на сайте МБОУ «Гимназия № 9» в разделе «История школы» Рухадзе действительно упомянута, а вот МБОУ «СОШ № 14» г. Симферополя носит имя другого героя-подпольщика Бориса Хохлова.

Известно также, что среди экспонатов Крымского краеведческого музея, имеется дипломная работа Зои. Значит, всё-таки не школьница. А ещё в музей после смерти матери героини ветераны-подпольщики передали весьма говорящие экспонаты: вышивку, фотографии, ручку, пресс-папье, туфли, удостоверения, больничные листы, коробку с Зоиной косой (незадолго до войны Зоя отрезала длинную косу и по просьбе матери оставила ей на хранение) и проволоку, обнаруженную в руках девушки уже после её смерти. Вещи должны были напоминать, кто есть кто. Но, видимо, со своей задачей справились не на все сто. Ведь ни одной полноценной монографии с более или менее толковым жизнеописанием Зои Рухадзе нет. Только поэма Иосифа Новешвили «Повесть об одной девушке» да фильм «Девушка из камеры №25», снятый в 1972 году киностудией «Грузия-фильм».

«Еще заря на небе не зажглась, / А Зоин взор давно уже сияет. / Взяла кошелку, быстро собралась, / Идет на рынок, что-то напевает. / Квартал, другой... Дороге нет конца, / Но девушка спешит без остановки. / За пазухой, как бомбы у бойца, / Старательно запрятаны листовки…» – читаем мы у Нове­швили. А в кадрах фильма режиссера Давида Рондели узнаём Симферополь. К примеру, храм Всех Святых на Старорусском кладбище города, куда Зоя приходила для встречи со связным и где потом её похоронили.

При жизни её тело осквернили фашисты – сломали руки, обожгли ноги, выкололи глаза и вырезали губы. А после смерти её могилу оскверняли земляки. Надгробный памятник неоднократно разбивали. Одну из скульптур лишили головы, другую, из меди, вовсе украли, доказав, что незнание и неблагодарность своих не менее страшны, чем враги извне.

Тяжёлое бремя

Руководитель крымского подполья Иван Козлов вспоминал: «Лида (Лидия Трофименко – в довоенное время секретарь школьной комсомольской организации, во время оккупации – подпольщица, двоюродная сестра Зои Рухадзе – Ред.) любила Зою за ее неиссякаемый задор, веселость и доверяла ей свои самые сокровенные тайны. Но с приходом немцев Зоя стала печальна, раздражительна. Она металась, не зная, что предпринять.

Лида тут же позвала Зою в другую комнату и, усадив рядом с собой, сказала тихо:

– Есть новости.

Она достала листовку и с радостным волнением начала читать ее вслух.

Партизаны призывали население активно бороться против оккупантов, не давать себя грабить, всячески уклоняться от мобилизации, срывать все мероприятия немцев.

«Ожившее кулачье и их охвостье, – говорилось в листовке, – по указанию немецких пропагандистов-лжецов, сеют всякие ложные слухи и призывают к дружбе с немцами. Не верьте провокаторам! Красная Армия разгромила немцев под Москвой, Тихвином и нанесла врагу тяжелые поражения на ряде других участков фронта. Бейте фашистов, помогайте Красной Армии и партизанам! Крым скоро снова будет советским!»

На листовке стояла подпись: «Крымские партизаны».

Зоя слушала, как зачарованная. Она не выдержала и заплакала.

– Мы обе тогда плакали от радости, – вспоминала Лида. – У нас сразу исчезло гнетущее чувство одиночества.

Девушки быстро переписали по четыре экземпляра этой листовки и тут же пошли распространять ее по городу. Шесть листовок они роздали знакомым, одну подбросили в подъезд большого дома и одну наклеили на углу улиц Ново-Садовой и Севастопольской среди немецких объявлений и приказов. Так началась их подпольная работа».

3 декабря 1941 г. на квартире Лидии Трофименко в доме на улице Нижнегоспитальной состоялось первое собрание подпольной комсомольской организации из девяти членов, секретарём которой был избран Борис Хохлов.

Позже, чтобы не быть угнанной на работы в Германию, Зоя устроилась официанткой в ресторан для офицеров. Это была не должность, а клад. Не для неё, для партизан. Официант всегда рядом, всё слышит, но для клиентов он фигура незначительная, практически невидимая, при нём не нужно сдерживаться и не нужно молчать. Таким образом через Зою к партизанам попало много ценных сведений. А она в конце концов попала в цепкие лапы гестапо.

Из тюрьмы она передала записку с тремя последними строками из стихо­творения революционерки Веры Фигнер «К матери»: «Пусть лишь в молитвах меня поминает, / Пусть лишь крестом издали осеняет – / Дочь трудный путь да свершит!..»

Так закончилась её подпольная работа. И жизнь.

Елена БОНДАРЮК
Фото Архив КТ
Материал опубликован в газете «Крымский ТелеграфЪ» № 558 от 13 декабря 2019 года

Еще статьи:
Просмотров: 535 |   Комментарии (0) Дата публикации: 19-12-2019

:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей

Календарь
«    Апрель 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив
Апрель 2020 (9)
Март 2020 (86)
Февраль 2020 (85)
Январь 2020 (71)
Декабрь 2019 (86)
Ноябрь 2019 (87)