Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Мнение
Логин Пароль

Идеалы человека с идеальной биографией

День защитника Отечества для крымчан ассоциируется и с именем Михаила Фрунзе, которому в феврале этого года исполнилось бы 135 лет

О Фрунзе стоило бы вспомнить. Ведь именно с его лёгкой руки полу­остров из территории с неопределённым статусом и претензией на независимость снова обратился в часть России. Правда, за это пришлось заплатить очень высокую цену. На какие компромиссы шёл выдающийся красный военачальник, чтобы цена эта не стала запредельной?

Вовремя остановиться

«На всех позициях полугодичной борьбы Врангель как командующий в большинстве случаев проявил и выдающуюся энергию и понимание обстановки. Что касается подчиненных ему войск, то о них приходится дать безусловно положительный отзыв», – эти слова Михаила Васильевича Фрунзе о проигравшем враге были опубликованы в издании «Коммунист» 7 ноября 1921 года. Согласитесь, чтобы публично провозгласить подобное в те годы, нужно было обладать широтой мышления, непредвзятостью и, главное, неподдельным мужеством. Но ещё большее мужество понадобилось военачальнику, чтоб вовремя остановиться в решающей битве за советскую власть. Но обо всём по порядку…

20 сентября 1920 года Фрунзе назначили командующим Южным фронтом. Ему поставили задачу – ещё до наступления нового года покончить с окопавшимся в Крыму бароном Врангелем. В качестве напутствия новый командующий получил директиву «овладеть Крымским полуостровом атакой открытой силой, не останавливаясь перед жертвами». Правда, директивой этой Фрунзе не воспользовался или, как минимум, не стал злоупотреблять.

По данным энциклопедии, изданной в Москве в 1983 году, «Гражданская ­война и военная интервенция в СССР» к началу штурма у Фрунзе имелось 146 тыс. штыков и 40 тыс. сабель, а у Врангеля всего-навсего 23 тыс. штыков и 12 тыс. сабель. При таком раскладе никакого Великого исхода могло бы не случиться. Было бы «порубить в капусту».

Одновременно с началом наступления на позиции белых Фрунзе по радиосвязи обратился к Врангелю со следующим заявлением: ««Ввиду явной бесполезности дальнейшего сопротивления ваших войск, грозящего лишь бессмысленным пролитием новых потоков крови, предлагаю Вам немедленно прекратить сопротивление и сдаться со всеми войсками армии и флота, вооружением и всякого рода военным имуществом. В случае принятия вами означенного предложения Реввоенсовет армии Южного фронта на основании представленных ему центральной Советской властью прав гарантирует сдающимся, включительно до лиц высшего комсостава, полное прощение в отношении всех поступков, связанных с гражданской борьбой. Всем не желающим остаться и работать в социалистической России будет дана возможность беспрепятственного выезда за границу при условии отказа на честном слове от дальнейшей борьбы против рабоче-крестьянской России и Советской власти. Ответ ожидаю до 24 часов 11 ноября с. г.». Но ждал он значительно дольше…

Сегодняшние историки диву даются тому, куда из источников середины 1930-х – начала XXI столетия делся небольшой, но очень значимый период от занятия Красной армией позиций на Перекопе и Ишуни до собственно эвакуации врангелевской армии. Правда, эмигрантские авторы о нём писали. Взять хотя бы генерала Слащёва-Крымского. «Красные не наседали, и отход проходил в условиях мирного времени», – писал он. Эмигрантский историк Василий Павлов отмечает: «В 18 часов 30 октября (12 ноября) окончился последний бой частей русской армии». Командарм 2-й конной армии Филипп Миронов утверждает то же самое: «Бой Второй конной в районе станции Курман-Кемельчи был последним боем советских войск в Крыму. И мы вправе сказать, что последними пушками, говорившими в Крыму, были пушки Второй конной армии. Последний догорающий луч солнца был свидетелем последнего артиллерийского выстрела красных 12 ноября 1920 года».

Так что это было? Видимо, свое­образное непротивление злу насилием. Молчаливый ответ на неодобрение Лениным «слишком мягких условий капитуляции».

Встречать по уму

Симферополем войска Южного фронта Красной армии под командованием Михаила Фрунзе окончательно овладели через два часа после окончания эвакуации врангелевской армии. Вместе с Красной армией в город прибыли и политические органы большевиков, и советское правительство. Особые отделы 6-й и 4-й армий, Черного и Азовского морей начали борьбу с «контрреволюционным подпольем» и приступили к арестам профессоров Таврического университета. Такие действия можно назвать вполне обоснованными хотя бы потому, что белый генерал А. И. Деникин считал этот вуз «единственным свободным русским университетом». «Единственно свободным», понятно, от новой идеологии.

23 декабря 1920 г. на заседании областного комитета РКПб был принят текст постановления о ликвидации Таврического университета.

И тут на защиту «оплота воссоздания высшей школы» пришёл всё тот же Фрунзе. 14 января 1921 года по ходатайству Михаила Васильевича ректором Таврического университета назначили бывшего профессора Петербургского политехнического университета Александра Александровича Байкова. Он был химиком, учеником самого Менделеева, в Крым прибыл в связи с исследованиями карадагских трасов, приятельствовал с Максимилианом Волошиным, был гордостью дореволюционной науки и проректором Таврического университета с 1918 года. Биография для новой власти приемлемая, но не на все сто, серединка на половинку, такого можно и возвысить, и в расход пустить. Правда, у Байкова было чем компенсировать огрехи прошлого – он лично знал Фрунзе, вернее, и это намного значимее, Фрунзе лично знал Байкова.

Некогда Михаил Васильевич пытался получить высшее образование в том самом Питерском политехе, где в ноябре 1903-го (за год до того, как Фрунзе стал студентом) Александра Александровича избрали профессором по кафедре металлургии. Представительный и при этом молодой 33-летний профессор, к счастью для себя, крепко впечатался в память будущего командующего Южным фронтом, что предопределило его счастливую судьбу и безоблачную карьеру при советской власти. К тому же Байков ко всем своим достоинствам был весьма гибок (или просто усвоил урок, преподанный некогда Гельвигу). Новый ректор лично принял решение о переименовании Таврического университета в Крымский университет им. М. В. Фрунзе, что и было утверждено 15 января 1921 года. С тех пор Фрунзе собственным именем долгие годы оберегал этот вуз, был, так сказать, его личным ангелом-хранителем в высших сферах.

Быть несвязанным

Служить Отечеству, однако совершать судьбоносные для страны действия не вслепую, а в соответствии с внутренними идеалами – не это ли высшее проявление неординарной личности? О том, что Фрунзе был личностью неординарной, свидетельствовали его современники, да и он сам знал об этом.

Летом 1917 года он подарил близкому человеку свою фотокарточку, где выразил собственное кредо: «Быть свободным, несвязанным, / Как движенье мечты, – / Никогда не рассказанным / У последней черты».

Ефимия СКИДЕЛЬСКАЯ
Фото Архив «КТ»
Материал опубликован в газете «Крымский ТелеграфЪ» № 567 от 21 февраля 2020 года

Еще статьи:
Просмотров: 340 |   Комментарии (0) Дата публикации: 27-02-2020

:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей

Календарь
«    Апрель 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив
Апрель 2020 (9)
Март 2020 (86)
Февраль 2020 (85)
Январь 2020 (71)
Декабрь 2019 (86)
Ноябрь 2019 (87)