Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Письмо Деду Морозу
Логин Пароль

Где скрываются маньяки?

Где скрываются маньяки?

«Крымский ТелеграфЪ» продолжает цикл публикаций о самых резонансных серийных преступлениях

Следователь Амурхан Яндиев работает в Ростове. Через его руки прошло немало маньяков, которыми, к сожалению, «славится» этот город. Среди них был и Чикатило, монстр, убивший несколько десятков детей и подростков, и серийный убийца Муханкин, о котором следователь сказал: «Это, возможно, единственный, кого мне по-настоящему жаль. 

Продолжение. Начало в № 69 (7)
Он ведь мог не стать таким, каким стал. Стихами восемнадцать общих тетрадей исписал». Сегодня Амурхан Хадрисович — наш собеседник, он рассказывает об особенностях личности таких преступников, о сложностях их поиска и раскрытия подобных преступлений.
Брызги шампанского
Познакомились мы с Яндиевым благодаря матери приговоренного к пожизненному лишению свободы Антона Лесового, который якобы убил вместе с другом Романом Кремером двоих человек — девушку и парня (об этом преступлении мы упоминали в предыдущей публикации). Причем эти убийства произошли в то же самое время, когда вся милиция Евпатории охотилась на местного маньяка, «назначив» позже на его роль ныне оправданного Владимира Гетманенко. Но «роднит» эти преступления не только период совершения, но и весьма характерные для убийств женщин колото-резаные раны. Однако задержанным парням, бурно гулявшим в тот день в парке, где было совершено двойное убийство, было отказано в проведении сравнительной экспертизы с ранами, нанесенными маньяком другим жертвам. 
В этом деле очень много нестыковок, в том числе и опознаний свидетелями, и привязок к месту преступления, и изъятию доказательств. К примеру, якобы свидетель, проживающий в пятистах метрах от места происшествия, ночью узнал Антона «по очертанию головы», а опознал в райотделе по …наручникам! Точно установлено, что причиной смерти пары погибших были ножевые ранения, однако экспертизы ножа, которым якобы было совершено преступление, не проводилось. Узнавать обвиняемого, которого привели на место событий, отказались даже служебные собаки — они на него попросту не отреагировали. Зато в деле появилась бутылка шампанского, вернее, ее осколки, которой, по утверждению следствия, и были нанесены удары погибшим по голове. Правда, никаких следов от шампанского на их телах обнаружено не было. Вот что об этом говорит Амурхан Яндиев: «Бутылка в качестве орудия вообще никак не стыкуется. Если пустой нанести удар по голове, она не может разбиться — только об острый предмет. А вот полная шампанского бутылка разобьется, поскольку само содержимое оказывает давление на стенки сосуда. Почему на футболке потерпевшего нет осколков? И как один из них (единственный) мог оказаться в трусах погибшего, если он еще метров сто пробежал? Вообще, в деле ничего нет, кроме первичных показаний. Когда их задержали, это даже никак не оформили и двое суток держали неизвестно под что. Человек содержится практически под стражей, а при этом оформляется какой-либо протокол там за мелкое хулиганство. Это обвинение с ними не стыкуется никак, это просто оправдание, на каком основании их задержали. Это время милиция использовала для того, чтобы выбить из задержанных признательные показания. Один из них, Кремер, оказался слабее и «признался», но потом от своих показаний отказался. 
Почему в деле появилась бутылка шампанского? Да потому, что милиционеры ее «подогнали» под показания Кремера. Там, на месте, осколки лежали, вот и все. 
Но эти два дня незаконного задержания суд почему-то засчитал, а если бы он их не учел, тогда бы все дело лопалось. Правда, это сплошь и рядом делается. Но ведь это доказывать надо, это же нарушение права человека на защиту». 
 — Что делать, если приговор уже вступил в законную силу, и никто в этом деле копаться больше не собирается? Как доказать, что осудили невиновных?
— Но ведь в этом деле появились вновь открывшиеся обстоятельства, на которые суд не обратил внимания, — та же бутылка шампанского. Может, стоит написать в какую-то комиссию? У вас немало нераскрытых подобных убийств, и я не удивлюсь, если появится независимый следователь, ему удастся раскрыть какое-то из убийств, а из этого вылезут следы и упомянутого выше преступления. Ведь по делу Чикатило так и получилось. По его преступлениям один эпизод был расстрельным, и человека лишили жизни, а незаконно задержанных было очень много. Слава Богу, их не успели осудить. А вот в Витебске, где орудовал Михасевич, несколько человек успели осудить и расстрелять. Да еще сидели два или три человека.

Ненормален, но вменяем
– Почему преступления, совершенные серийными убийцами и маньяками, так тяжело раскрываются, почему их так долго ищут? 
— Да потому, что они очень осторожны. Они по сути своей охотники и свою жертву тщательно выбирают и нападают только при неблагоприятных (для жертвы) условиях. Они очень хорошо маскируются и внешне никак себя не проявляют. А эти двое (Лесовой и Кремер) пьянствовали, дурачились — ну какие они серийные убийцы? Настоящий же убийца, судя по материалам дела, был очень осторожен.
 — Как получается, что за совершенные маньяками преступления часто сажают невиновных — пытаются «глухаря» им повесить? 
— Потому что министерство требует показатели раскрытия преступлений. И оценка труда работника милиции — это количество раскрытий. А вот какой ценой это достигается, для начальства второстепенный вопрос, к этому уже никто не цепляется. Я всегда говорил, что до тех пор, пока главным критерием в работе правоохранителей будет количество раскрытий, до тех пор будут существовать факты незаконных осуждений. Ведь в том же деле Чикатило задержали Кравченко, хотя к этому времени Чикатило был уже задержан в качестве подозреваемого и …отпущен. Почему? Да потому что им под эти преступления более подошел Кравченко — он же ранее был судим. Потом и расстрелян. 
А Чикатило на самом деле сильная личность, педагог — ну кто мог подумать, что он монстр? Расследуя его преступления, мне приходилось как-то ломать себя, переступать через свои чувства, чтобы в конце концов раскрыть их. Вот что нормальный человек может испытывать, общаясь с Чикатило? А мне пришлось подружиться с этим страшным монстром, смеяться над его шутками, мы при встречах с ним даже обнимались! Понимаешь, что противно, а что поделать — надо, чтоб он начал мне доверять и рассказывал всё, что интересовало следствие.
Беда еще и в том, что после развала СССР всех толковых работников поразгоняли, остались молодые ребята, которые еще ничего не знали и мало что умели. Передать им опыт было некому, а требования и по сей день остаются прежними. Отсюда и возникают и следственные, и судебные ошибки. 
 — Судебный психиатр профессор Виноградов на вопрос вменяемости маньяков ответил так: «Я тоже маньяков всегда признавал вменяемыми, чтобы подвести под высшую меру. В противном случае убийца полечится годика три и будет выписан на диспансерный учет, а вскоре снова станет убивать. Мы в свое время честно признали невменяемым людоеда Джумгалиева — и что? Сейчас он снова «кушает»: в Средней Азии, куда уехал...» А вы согласны с его мнением?
— Согласен в том, что они все, маньяки — шизофреники. А разница между вменяемыми и нет в том, что тот, кто совершает преступления, — он отдает отчет своим действиям, понимает, что делает. И он скрывает следы преступления, и жертву прячет — ну не ходит же по округе весь в крови. А невменяемый не понимает, что делает, он бросает все как есть, даже следов не прячет — вот в чем разница. Поэтому врачи и дают заключения, что преступник вменяем. И эти серийные преступники — практически все больны психически, но все они понимали, что делали. 
 — А по сколько лет маньякам удавалось скрываться от следствия, пока за их преступления сажали других?
— По-разному. Вот, например, Чикатило начал совершать преступления в 1978 году, а задержали его в девяностом. А в Америке было — по 25 лет скрывались, и только потом их изобличали. Группа ваших работников из Харькова к нам приезжала, уже тогда развал Союза был, год 98-й. Там криминалисты были, психологи, сексопатологи — тогда по Харькову прошла серия убийств. Не знаю, удалось им раскрыть их или нет, но они приехали даже с картой, где были обнаружены трупы. Я с ними беседовал — к примеру, сказал, что преступник и ранее наверняка совершал развратные действия, где-то он уже мелькал. Значит, в такой группе людей его и надо искать, это раз. А во-вторых, первое свое преступление маньяк, как правило, совершает недалеко от своего места жительства. И только потом он начинает осторожничать и уходить дальше.

Нет права на ошибку
– Вы так много видели тех преступников, которые просто не должны оставаться в живых. Каково ваше отношение к мораторию на смертную казнь?
— Двоякое. Если смотреть на тяжесть совершенного и жестокость, конечно — они не заслуживают снисхождения. Их надо расстреливать. Но учитывая то, что в правоохранительных органах допускается масса ошибок, а значит, могут быть приговорены и расстреляны невиновные, я против этой меры наказания. Если бы у нас была нормальная судебная система, нам удалось бы поменять многие стереотипы, и главный — надо любой ценой раскрыть, а как — никого не волнует. Вот тогда бы правоохранители и брали бы настоящего виновного, и научились бы доказывать его вину в полном объеме. 
— А со средствами массовой информации вы дружите, или они вам «мешают», как, к примеру, нашей милиции? 
— Я сколько работал в органах, столько и использовал средства массовой информации в своих интересах, интересах следствия. Вот у нас в Новочеркасске сын председателя суда участвовал в избиении парня, который в результате погиб. Я, невзирая на ранги, этого подозреваемого арестовал. А это еще все под выборы случилось, и я прекрасно понимал, что будет включен судебный ресурс, они будут пытаться вытащить его из-под стражи. И я обратился в прессу, у меня много друзей журналистов. Мы сделали передачу, где рассказали, что дело раскрыто, что подозреваемым оказался сын председателя суда, и мы посмотрим, как отреагирует Фемида. И они ничего не смогли сделать и оставили его под стражей.
— У вас в России уже существует суд присяжных, в чем его особенности? 
— В чистом виде, думаю, суд присяжных должен быть закрытым для всех. А они живут, как и жили, у них бывают встречи, кто-то имеет возможность воздействовать на присяжных. То есть независимости суда присяжных все равно нет. Было у меня одно дело, подозреваемый — явный убийца, а его присяжные отпускают. Потом этот приговор отменили — а он уже в бегах. Бывают и случаи, когда гособвинитель слабо доложил присяжным доказательства вины, зато адвокат языком хорошо поработал. 
Я с некоторыми нашими судьями разговаривал, они говорят: учитывая, что следствие проводится сейчас плохо (думаю, и у вас не лучше), я радуюсь, если обвиняемый требует суда присяжных — я умываю руки, пусть решают присяжные. А если судья вынесет оправдательный приговор, с него голову снимут. А должны со следователя снимать, который доказательства собирал кое-как. Я, кстати, против того, чтобы санкцию на арест давали суды. Судья — это арбитр между сторонами, он должен быть независим и нейтрален. А давая санкцию на арест, суд превращается в карательный орган, где уж тут независимость. Говорят: у нас в стране есть право судить, но нет правосудия.

Ванда ЯЗВИЦКАЯ
фото М.Яблонский
материал опубликован в № 72 от 12 марта 2010 г 
Еще статьи:
Просмотров: 2748 |   Комментарии (0) Дата публикации: 18-03-2010

:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей


Календарь
«    Декабрь 2016    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив

По номерам газеты

Декабрь 2016 (32)
Ноябрь 2016 (90)
Октябрь 2016 (97)
Сентябрь 2016 (94)
Август 2016 (104)
Июль 2016 (95)