Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Мнение
Логин Пароль

Русская душа в Луганске

Письма из прифронтовой полосы

 

Автор писем крымчанин Александр Беланов, известный российский кинодокументалист, второй год работает над большим проектом — документальным фильмом «Русская душа». Это — киноповесть о простой российской семье, решившей однажды открыть миру широкую русскую душу — в песнях, сказках, написанных сёстрами Марией и Софией Чернышёвыми. За плечами у юных путешественниц — 35 стран мира, турне по городам Крыма. В ближайших планах — путешествие на русскую Аляску...

 

Письмо к сыну

Здравствуй, Антон! Редко видимся, молчим месяцами, а если и законтачим в скайпе, то всё равно получается разговор слепого с глухим — разучились слушать и слышать! Такое впечатление, что Господь по доброте душевной отмерил нам ещё одну-две жизни. Спешить некуда...

...Прыгаем по кочкам и рытвинам дороги на Луганск, а на лобовом стекле минивэна — маленькое пулевое отверстие. Прямо в лоб целились! Водитель ловит мой озадаченный взгляд, улыбается:

— Да выжил наш командир! Пуля по верху каски срикошетила...

— Вот уж точно — счастливчик, второй раз родился! — прикладываясь к нательному крестику, подбадриваю себя и сидящих за моей спиной...

Говорят же, по дороге на войну все мысли о доме! Когда заполыхал этот проклятый Майдан, я с ужасом подумал: как вы там, родненькие? Что было бы с Крымом, если бы не «вежливые люди», не железное решение президента Путина спасти Крым?.. Мясорубка?.. Второй Нагорный Карабах! А тут в день крымского референдума такая радостная новость: внучка у меня родилась! Ну какая, к чёрту, война?!

— Посмотрите налево! Этот танк сгорел вместе с экипажем! — по-деловому, как вылитый экскурсовод на поле исторических реконструкций, начинает свой рассказ наш водитель. — Здесь ополченцы окопались, как под Москвой в сорок первом. Дрались и горели молча...

Через минуту Маша и Соня Чернышёвы уже стояли, взявшись за руки, у чёрного остова танка, на стволе которого белой краской написано: «За наше и ваше будущее!»

Луганская степь вздрогнула от пронзительных детских голосов:

И снова в поход

Труба нас зовёт.

Мы все встанем в строй

И все пойдём в священный бой!

Встань за Веру,

Русская земля!..

— Это ведь «Прощание славянки»? — севшим голосом выдавил из себя водитель Серёга. — А кому они там поют?

— Думаю, тем ребятам, которые заживо сгорели в этом танке, — ответила мать девочек...

Сын, я ведь тебе, кажется, рассказывал о моём последнем телевизионно-газетном проекте «Русская душа». Второй год я снимаю документальный фильм о простой и в то же время удивительной российской семье Чернышёвых. Пять лет назад они решились на паломническую миссию, путешествуют по миру всей семьёй: папа, мама и две дочери. Пропагандируют наш фольклор: русские народные песни, костюмы, сказки и притчи, старинные музыкальные инструменты... Объехали 35 стран мира!

В городе-герое Керчи на праздновании 70-летия Великой Победы сёстры Чернышёвы пообещали зрителям следующий концерт на земле Новороссии, в славном городе Луганске...

И вот, получается, первое, незапланированное выступление. Перед душами троих защитников Русского мира, погибших на поле боя.

— Мама, папа, вы это видели?! — возвращаясь к машине, защебетали Маша с Соней.

— Маша, успокойся! Вы о чём?

— О горлицах, которые слетелись на марш «Прощание славянки». Смотрите, да вон же они, на стволе танка! Три птахи!

Из глаз Елены Чернышёвой брызнули слёзы. Прижала дочерей к груди, взвыла по-бабьи в голос — жутко безумно:

— Господи, за что столько горя?!

Горлицы вспорхнули и растворились в небе над бескрайней раскалённой степью...

Да, именно в эту минуту, мой дорогой сын, я получил от тебя СМС: «Отец, поздравляю! Скоро ты в четвёртый раз станешь дедушкой!» Ты спрашиваешь: ради кого и ради чего гибнут защитники Луганска и Донецка? Я отвечу как на духу: и ради твоих деток тоже! Помни об этом, сын.

Письмо к отцу

Отец мой в Бога не верил, но и хулить его в доме строго-настрого запрещал. Помнится, готовлюсь к выступлению на пионерской линейке, зубрю какие-то антирелигиозные вирши. И вдруг — хрясь! — грубой ладонью по губам. Да ещё наотмашь!

— Я повторять больше не буду: за святотатство выгоню из дому! — пригрозил отец...

Единственный храм, Вознесенский, в посёлке Успенка, вблизи Луганска, советские богоборцы снесли ещё в 1939 году. Но чудом сохранившиеся уникальные иконы XVIII–XIX веков, большой иконостас, престол и сегодня ютятся в закрытом полуразрушенном молитвенном доме. Почему? Нет места. Свято-Успенская церковь размещается в бывшей сельской лечебнице...

Когда 80-летнему отцу Андрею донесли, что московские гости — у порога, привезли в подарок православным людям земли луганской икону с частицей мощей святой блаженной старицы Матроны Московской, он выбежал на улицу и, раскинув руки, бросился, обливаясь слезами, к иконописному лику:

— Для нас это огромная честь получить покровительство блаженной Матронушки, перед иконой которой мы будем преклонять колени и молиться о мире. Где мира нет, там Бога нет! Мир так необходим! Матрона Московская — это Любовь. Мир будет! Благоденствие будет! Радость будет! — прикладываясь к святому лику, неустанно повторял отец Андрей, единственный священник УПЦ, за заслуги перед церковью награждённый высшим орденом Российской Федерации, орденом Святого апостола Андрея Первозванного.

А мне вдруг стало так одиноко... В этом старце я увидел тебя, отец! Точнее, то, чего тебе, бедному, всю жизнь не хватало: веры в Бога, слёз радости и доброты.

— О чём грустишь, сынок? — тихо спросил отец Андрей.

— Об отце.

— Расскажи мне о нём.

— Оставшись после войны без родителей, он, беспризорник, мечтал о собственном доме. Когда стукнуло тридцать, приобрёл участок, вырыл колодец, построил дом... Что-то не так! Продал, снова купил участок и снова вырыл колодец. И так пять раз!.. В конце концов вышел из дому и не вернулся...

— Отпусти его! Прости странника. Он ведь не просто так колодцы рыл, он ведь искал ответы.

В церковном саду — столетние яблони и груши, подле них — колодец...

— Этот двадцатипятиметровый колодец я вырыл недавно, перед войной, — вспоминает отец Андрей.

— Сами вырыли? Как это? Вам же, батюшка, уже за восемьдесят!

И здесь отец Андрей, угощая вкуснейшей водичкой, поведал свою историю.

Вот уже пятьдесят лет, будучи настоятелем Свято-Успенского храма, верит он, что храм этот, который с 1949 года занимает то частный дом, то сельскую больницу, возродится, засверкает золочёными куполами. И был отцу Андрею сон: стоит храм, а возле него — колодец.

— Утром я взял кирку и лопату, начал рыть! Всё лето, как крот... Опускаюсь на глубину, а матушка Любовь там, сверху, молится, прихожан успокаивает: «А чем батюшка хуже шахтёров? У них своя шахта, у него — своя...»

И вот на глубине двадцати пяти метров дошёл он наконец-то до угольной породы. Антрацит есть, а воды нет! Что делать? Как людям там, наверху, в глаза смотреть?

— Зачем, Господи, ты заставил меня землю рыть? Дай ответ, — взмолился священник и в отчаянии вонзил лом в угольную породу. А когда расшатал и выдернул лом, из-под неё хлынула вода...

— Есть жизнь в колодце — значит, и храму быть, — успокоился батюшка.

Матушка Любовь вспоминает, что 28 августа 2014 года на праздник Успения Пресвятой Богородицы сильная бомбёжка была, земля вокруг горела. А батюшка собрал всю Успенку в церквушке, говорит: «Миром Господу помолимся!»... Затем возле колодца накрыли столы. Вокруг взрывы, осколки свистят, а отец Андрей пьёт водичку колодезную, восклицает: «Полнота жизни нашей — только в вере! Только в любви и в милосердии!» И осколки пролетели мимо...

Заканчивая письмо к тебе, отец, я хочу лишь одно сказать: твой дух мятежный искал покоя, но к твоим колодцам так и не пришли страждущие. Там, где нет веры, надежды и любви, там и жизни нет...

Письмо к матери

Когда в 2008 году в однокомнатной керченской квартире моей мамы появилась икона святой Матроны Московской, родные и близкие, приехавшие с Таманского полуострова попрощаться с умирающей от рака рабой божьей Людмилой, только ахнули:

— Смотри, Люська, а святая старица — копия твоей мамы! И ведь обе — Матроны!..

Утром следующего дня заезжаю к матушке в гости. Уже на пороге теряю дар речи: на стене над кроватью — икона Матроны... и моя фотография в рамочке... Рядом!

— Мама, так нельзя! Она же святая!

— А Матронушка сказала, что можно. Ты же мой сын, мой ангел!

Семь лет прошло. Мама жива. Разве не чудо?

Вспомнил об этом, мама, здесь, на Луганщине, на концерте «Русской души» в Новосветловке Краснодонского района. Зрители — в большинстве своём пожилые женщины. И у каждой в руках маленькие фотографии: мужья, сыновья, внуки... Это их ангелы! Это их «бессмертный полк».

— Зверствовали украинские фашисты? — спрашиваю.

— Вон моя хата! — плачет баба Настя. — Девчонку из хаты, шо напротив, вытащили и два часа насиловали в канаве у дороги...

— Сколько их было?

— Зверей тех? Пятеро! Потим подъехал ихний командир, бачить: еле жива, дытына... Бах в затылок!.. Из пистолета... Керосином облили та сожгли!..

Новосветловка и Свято-Покровский храм — у «дороги жизни», ведущей к блокадному Луганску. Её обстреливали так же беспощадно, как и Дорогу жизни в блокадный Ленинград. И первой сюда, в Свято-Покровский храм, пришла гуманитарная помощь именно из Свято-Троицкого храма города Всеволожска Ленинградской области...

— Смотрите, как осколками росписи посекло! — зовёт своих дочерей к алтарю Виктор Чернышёв. — Святые Надежда и Любовь словно воочию узрели, как осколок войны поразил нашу святую Веру. Видите, сколько боли и сострадания в этих ликах?! Любовь отшатнулась в ужасе, а Надежда её за руку держит: дескать, крепись! Вместе спасём нашу Веру.

Вот и Ольга Владимировна, мама министра информационной политики, печати и массовых коммуникаций ЛНР Вячеслава Столяренко, сопровождавшая нас в Новосветловку, спрашивает:

— Ладно мы здесь от боли, от горя корчимся! Но зачем это Машеньке с Софией? Боюсь я за них...

— А вы сами у них спросите, — поглаживая бороду, красиво ушёл от ответа отец девочек Виктор, православный священник. — Это было их решение!

— Когда мы были в Крыму, в Аджимушкайских каменоломнях мы видели «кладбище детских игрушек», — вспоминает Маша Чернышёва. — Сотни игрушек! Там их оставили наши ровесники. Поделились с детскими душами, чей стон замер под сводами каменных штолен...

— А у нас с Машей — только песни, — продолжает Соня. — В Луганск мы приехали, чтобы наполнить их особым смыслом. Как можно петь о войне, не увидев её оскала?

Оскал войны мы увидели в Луганской областной клинической больнице. Без ног, без рук, с забинтованными головами, защитники Луганска собрались в одной из палат, чтобы послушать нашу, родную песню. Последним приковылял на костылях девятнадцатилетний Саша. Когда мужики услышали «От Луганска до Кремля — это родина моя!» — не выдержали, трясущимися покалеченными руками начали размазывать по лицам зелёнку со слезами. И только Сашка, вцепившись в костыль, счастливо хлопал глазами. Машины щёки вспыхнули румянцем.

— Я для вас, Саша, оберег православный и иконку святой Матронушки из Покровского женского монастыря привезла. Дайте руку, оберег надену!

— А ты красивая, Маша! — по-детски протягивая забинтованные руки, тихо признался Саша. — Может, напишешь мне письмецо?

— Напишу, если адресок оставите, — поборов смущение, прошептала Маша.

Мой рассказ о Луганске, дорогая моя мама, будет неполным, если не поведаю историю с караоке в гостинице «Дружба», где квартировалась наша концертная бригада. На закате каждого дня, рыча и отплёвываясь, с передовой подруливали к гостиничному комплексу два-три танка. Со скрежетом открывались люки, в пыльных, обгоревших комбезах спрыгивали на землю танкисты. Ещё пять минут — и над опустевшим Луганском солдатский хор затягивал:

Из Луганска на Донецк ехал раненый боец.

К мамке ехал да к невесте, к той, с которой под венец.

От обиды да беды, распроклятой той войны.

А ему да много ль надо? Мира, хлеба да любви...

Комендантский час. А мы собрались на балконе и слушаем, как поют солдаты. Час поют, два. В их репертуаре и Николай Расторгуев, и Вика Цыганова, и Марк Бернес. Ближе к утру снова грохочут танки, выползая на дорогу. Кто-то кричит: «Батарейки заряжены! Ну теперь держитесь, гады!»

А там, на горизонте, уже ухает...

— С Богом! Возвращайтесь живыми.

Александр БЕЛАНОВ
Фото автора
Материал опубликован в газете «Крымский ТелеграфЪ» № 347 от 25 сентября 2015 года

Еще статьи:
Просмотров: 2930 |   Комментарии (3) Дата публикации: 28-09-2015

:: Комментарий #1 написал: мимоходом   |   28 сентября 2015 15:08   |  



Группа: Гости
Публикаций: 0
Комментариев: 0
КрымНаш! Донбасс никогда не будет укропорвским! С Путиным всё будет путём!

Зарегистрирован: --   |   ICQ: --   |   ЦИТИРОВАТЬ    


:: Комментарий #2 написал: Винка   |   28 сентября 2015 20:17   |  



Группа: Гости
Публикаций: 0
Комментариев: 0
Спасибо, Саша Беланов! Всем бы честным людям этот "материал" не грех бы почитать... Спасибо.

Зарегистрирован: --   |   ICQ: --   |   ЦИТИРОВАТЬ    


:: Комментарий #3 написал: !!!   |   29 сентября 2015 13:24   |  



Группа: Гости
Публикаций: 0
Комментариев: 0
Смешно,русская душа в украинских вышиванках!

Зарегистрирован: --   |   ICQ: --   |   ЦИТИРОВАТЬ    


:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей

Календарь
«    Август 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив
Август 2019 (62)
Июль 2019 (89)
Июнь 2019 (84)
Май 2019 (68)
Апрель 2019 (87)
Март 2019 (92)