Статьи по rss Крымский ТелеграфЪ в Twitter Крымский ТелеграфЪ в google+ Крымский ТелеграфЪ в Вконтакте Крымский ТелеграфЪ в Facebook
Популярное за месяц
Письмо Деду Морозу
Логин Пароль

Керченские узники

Керченские узники
Арестанты, отбывающие наказание в городе, никак не влияют на криминальную обстановку
В городе-герое Керчи есть несколько учреждений, где содержатся граждане, однажды (или неоднократно) преступившие закон, за что и поплатились свободой. Это керченская колония № 126, в которой сидят граждане, впервые получившие сроки за совершенные ими преступления, то есть ранее не судимые. 
 
Есть здесь и так называемый керченский следственный изолятор, строящийся ни шатко ни валко еще с 1993 года, но так и не ставший собственно изолятором: сегодня в его полуотремонтированном помещении находится исправительный центр. Находящиеся же под следствием или судом арестованные пачками отправляются в переполненный СИЗО Симферополя.  История и колония
Керчь встретила корреспондентов «КТ» все той же жарой, слегка разбавленной приморским ветром. Что приятно удивило — город восхитительно чист, по крайней мере, так нам показалось после симферопольских импровизированных помоек, кажется, никогда не покидающих наши улицы. Интересно, здесь действует принцип «чисто там, где не сорят» или в городе просто убирают вовремя, несмотря на жару и большой наплыв туристов из России, не желающих вот уже несколько лет покидать во время отпусков Керченский полуостров в угоду Южному берегу Крыма?
Керченские узники
Керченская колония № 126 находится на окраине города, но все же в окружении многоэтажных жилых домов. Помнится, когда на базе почившего в Бозе лечебно-трудового профилактория, где безуспешно «лечили» общественно полезным трудом семейных алкоголиков, было решено организовать колонию для «отсидки» преступников, город был возмущен. Активисты с плакатами типа «Не место зекам в городе-герое» чуть ли не ежедневно окружали по периметру будущее пенитенциарное учреждение с высказываниями: наши дети могут пострадать от рук преступников! 
Вроде как колония создавалась для того, чтобы осужденные разгуливали по городским улицам в поисках будущих жертв. Сегодня об этом помнят, похоже, только старослужащие сотрудники учреждения — тогда это была их головная боль: убедить общественность, что наличие колонии никак не отразится на криминальной обстановке в городе, в котором и без того было немало преступлений в бандитские времена, часть из них не раскрыта и по сей день. Зато кафе «Интерклуб» показывают как местную достопримечательность — именно здесь была расстреляна в середине девяностых печально известная и самая беспредельная преступная группировка Кельзона. 
Колония же городу, похоже, не мешает: в ней отбывают различные сроки около семисот впервые осужденных за совершение тяжких преступлений, большинство из которых совсем еще молодые люди, самому младшему всего 19 лет — столько же, сколько и сыну нынешнего начальника колонии, потому-то он и запомнил этого сидельца. Эта колония ничем не отличается от остальных украинских – как и везде, основной контингент «баловался» наркотиками, за что и «погорел». Так что места бывших алкашей-буянов заняли приверженцы другого, более современного кайфа. Хотя есть здесь и граждане с высшим образованием, даже не с одним, есть и школьный учитель, осужденный, как это ни странно, за разбой. 
Правда, территория колонии еще не утратила относительной былой привлекательности профилактория, хоть и лечебно-трудового: четко очерченные клумбы, несколько назойливая наглядная агитация, а сами сидельцы (по крайней мере, многие из них) напоминают если и не старшеклассников, то пионервожатых. В отличие от спецконтингента симферопольской 102-й колонии, отсидевших за решеткой подавляющую часть жизни, местные арестанты еще не обзавелись «печатью порока» на лицах — мальчишки как мальчишки, вот только бледные. 
К сожалению, разбитые по всем правилам цветоводства клумбы радуют глаз, в основном, травой, хотя в прошлые годы каждый сантиметр не слишком плодородной колонийской земли использовался по назначению — здесь росли кусты помидоров, огурцы, разноцветный перец и даже бахчевые. Все это добро шло на стол не слишком разбалованных витаминами осужденных. Сначала появилось желание спросить у недавно назначенного начальника учреждения Сергея Людкевича — неужто зеки так заняты работой, что некому заниматься огородничеством, но почти тут же пришло понимание проблемы: в такое жаркое лето овощи требуют слишком много воды для полива, а влага, подаваемая по счетчику, стоит довольно дорого. Зато трава и без воды растет сама по себе, немного радуя глаз пусть и привядшей зеленью.
Арестантский быт: Пушкин забыт
В столовой повара из спецконтингента колдуют над большими котлами — до обеда еще далеко, пахнет свежеиспеченным хлебом, его здесь пекут сами и без всяких там «разрыхлителей-распушителей». Правда, местные куховары избытком веса не страдают, хотя на каждого сидельца в сутки положено чуть более трех тысяч килокалорий — впрочем, если учесть, что арестанты, напомним, в подавляющем большинстве наркозависимы, все находит свое объяснение: ну, где вы видели толстого наркомана? 
К сожалению, работу в зоне имеют всего полторы сотни человек — несмотря на наличие неплохо оборудованного швейного цеха, столярки, цеха обработки металла, заказов крайне мало. Впрочем, руководство колонии говорит, что мэр города обещает в ближайшее время разместить здесь несколько крупных заказов, которые смогут решить проблему занятости сидельцев и принести если не прибыль, то хотя бы возможность покрыть расходы на их содержание. Пока же из всей продукции спросом пользуются только приводные цепи для механизмов, но спрос не слишком велик — есть ведь и другие производители продукции. Поэтому арестанты томятся от жары в огороженных «локалках», в основном одетые топлесс — хоть и не по режиму, но иначе от жары не спастись, кондиционера нет даже в кабинете начальника. 
В школьных классах практически пусто — каникулы, хотя в этом году 27 «выпускников» (школы, а не колонии) получили аттестаты за 11 классов: есть среди осужденных и такие, кому закончить школу на свободе было недосуг. Здесь же свободного времени хоть отбавляй, за исключением разве что послеобеденного сна — оно и понятно, не пионерлагерь в конце концов. Двое арестантов занимаются йогой в пустом школьном кабинете, но от общения наотрез отказываются. А в голову тут же приходят строки Михаила Кульчицкого: «Славлю Котовского разум, который за час перед казнью тело свое граненое японской гимнастикой мучил». Этим парням, к счастью, светит не казнь, а свобода, вот только не слишком скоро. В отличие от местного кота-подростка по имени Кузя, который, как и положено котам, гуляет сам по себе. Правда, от жары Кузьма, любимец и администрации, и сидельцев, прятался в классах, растянувшись на прохладном полу в виде кошачьей шкурки. На свободу не иначе пойдет уже в ночь, когда станет прохладнее. Он здесь, наверное, единственный действительно невинно осужденный, хотя почти все сидельцы уверены, что наказаны ни за что. Хотя что мы знаем о прошлом Кузьмы — может, он также нечист на руку (то есть, на лапу). 
Кабинет литературы поражает полным отсутствием портретов …классиков всемирной литературы. На стенах изображения Шевченко, Сосюры, Стуса и других украинских литераторов — вроде как и не было Пушкина, Лермонтова, Толстого, Достоевского, которых знает весь мир. Увы, таковы были киевские требования по украинизации даже арестантов. 
Церковь в колонии обычная, православная, Московского патриархата, названная храмом Серафима Саровского, чей праздник здесь недавно отмечали. На пороге церкви стоят несколько осужденных. Заметив, что их пытаются фотографировать, принимают бравый вид. Один из сотрудников говорит: «Ну, сделайте лица одухотворенными». На что получает ответ: «Да я на второй день после ареста сделал такое лицо — не помогло, срок меньше не стал…» 
Виноват, но не настолько
Знакомимся с одним из осужденных, Дмитрием, симферопольцем, имеющим два высших образования и «красные» дипломы плюс одно незаконченное. Он говорит, что, в принципе, борется с правосудием — считает, что срок в семь лет за мошенничество в особо крупных размерах (часть 4 статьи 190 УК Украины) получил незаслуженно. Рассказывая о себе, Дмитрий показывает копии (и оригиналы) различных справок, характеристик и дипломов — по всему выходит практически положительным. Вкратце обвинения сводятся к тому, что, зарабатывая деньги вполне законно, он вкладывал их в договоры пожизненного содержания и дарения квартир, ухаживая за одинокими стариками, имеющими недвижимость и не имеющими родственников. По его словам, он в течение трех с половиной лет исправно содержал двух стариков, брата и сестру, покупал им не только продукты, но и вещи, мебель, бытовую технику. А вот суд почему-то сделал вывод, что на момент заключения договоров старики не осознавали последствия своих действий. Хотя осужденный показал справку, что на тот момент старики были в полном объеме дее- и правоспособными. На суд, который три раза возвращал дело на доследование, но в нем ничего не менялось, Дмитрий пригласил сорок свидетелей, но заслушали только нотариуса, из чьих слов вроде как и сделали вывод о его виновности. Подсудимый был готов, как он утверждает, признать свою вину «по минимуму» — по статье 356 УК, за самоуправство, но судья квалифицировал его действия по-другому. Он утверждает, что на момент вынесения ему обвинительного приговора все сделки были действующими, при рассмотрении гражданского иска они тоже были сочтены правомерными, а обвинительный приговор арестант получил, по его словам, за то, что упомянутая недвижимость приглянулась кому-то из правоохранителей. При этом собеседник рассказал, что боится за жизнь родственников — мало ли кто из этих «правоохранителей» захочет ему так отомстить, вот только никак не ясно, за что. Но фамилию его мы решили из этих соображений не указывать.  
Правда, потом, как-то в разговоре, оказалось, что эпизодов у Дмитрия было не два, а четыре, и каких-то слишком уж запутанных для неприспособленного разума дилетантов. Смутили еще два момента: на вопрос, сколько лет его бывшим подопечным, он ответить не смог даже приблизительно. И еще непонятно — для кого и с какой целью Дмитрий собирал отчеты о том, на что и сколько тратил денег, обеспечивая быт стариков, причем вплоть до фото и видео его покупок в виде диванов и тому подобного? Когда мы сказали, что почти все заключенные считают себя невинно осужденными, собеседник даже расстроился — ну, не совсем же невиновным он себя считает: готов, мол, отвечать, но не до такой же (семь лет) степени… 
Исправленному верить?
В исправительном центре Керчи, который находится на месте недостроенного изолятора, находятся 23 «постояльца», которые отбывают наказание в виде ограничения свободы. Контингент здесь довольно разношерстный: со свободы в исправцентр прибывают злостные неплательщики алиментов и водители, совершившие ДТП без тяжких последствий. А вот из колоний зеков сюда помещают «за хорошее поведение» (согласно статье 82 исправкодекса), когда льгота на получение условно-досрочного освобождения еще не вступила в силу. У каждой из этих категорий свои особенности: бывшие зеки более управляемы, знают порядок пенитенциарной системы. Зато «алиментщики» менее испорчены. 
Находятся «на исправлении» эти граждане от полугода до двух лет, работают на различных городских предприятиях, в большинстве — на заводе «Залив», занимаются «общественно полезным» трудом, не требующим особой квалификации. За этот труд и получают зарплату, из которой удерживаются подоходный налог, стоимость бытовых услуг, питания и проживания, погашаются алименты и материальные иски. 
Часть контингента по городу сопровождают сотрудники, но есть и такие, кто выходит-заходит на территорию центра по пропуску. Верх всех мечтаний — проживание в городе с семьей, которая на это время снимает квартиру. Правда, приходить отмечаться в центр все равно надо. 
За самовольное оставление учреждения (хоть и не побег) могут и срок добавить, и изменить режим содержания, а можно и назад в колонию попасть — тут уж как суд решит. Недавно пребывали в центре двое, как говорится, злостных нарушителей режима, бывших «колонистов», за что и поплатились: суд добавил каждому по году «за плохое поведение», и разъехались досиживать они уже по разным колониям Украины, находящимся отнюдь не в Крыму.  
Ванда ЯЗВИЦКАЯ "Крымский телеграфЪ"
фото К.Михальчевский

материал опубликован в "КТ" № 93 от 6 августа 2010 г. 
Еще статьи:
Просмотров: 7282 |   Комментарии (1) Дата публикации: 11-08-2010

:: Комментарий #1 написал: федя   |   13 июля 2011 18:44   |  



Группа: Гости
Публикаций: 0
Комментариев: 0
этот вася на фото лизал попы на лагере всем стучал и обманывал бедолаг у кого вы берете интервью

Зарегистрирован: --   |   ICQ: --   |   ЦИТИРОВАТЬ    


:: Добавление комментария

Ваше Имя:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:



Лента новостей


Календарь
«    Декабрь 2016    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Конкурс

Погода


Социальные сети


Гороскоп
   
Архив

По номерам газеты

Декабрь 2016 (26)
Ноябрь 2016 (90)
Октябрь 2016 (97)
Сентябрь 2016 (94)
Август 2016 (104)
Июль 2016 (95)